Голобородько Я.Ю. "Фольклорність, "прокласичність", модерність - бренд Анатолія Кичинського"

Ярослав Голобородько

ФОЛЬКЛОРНОСТЬ, “ПРОКЛАСИЧНОСТЬ”, МОДЕРНОСТЬ – БРЕНД АНАТОЛИЯ КИЧИНСКОГО 

Анатолий Кичинский – поэт-лирик, поэт-живописец, поэт-мыслитель – родился 4 апреля 1950 в степной Преображенке на Херсонщине в семье крестьян.
Его поэтический дар проявился в подростковом возрасте. В пятом классе он начинает писать стихи, в старших классах сознательно интересуется художественным творчеством и поэзией, проявляет интерес к версификационной технике. 
С семнадцати лет Анатолий Кичинский печатается – сначала в газетах. Одаренного юношу поддержала херсонская молодежка «Ленинский флаг», на страницах которой стали появляться его стихи. А. Кичинский начинает приобретать в Таврии статус одного из самых заметных молодых писателей.
После окончания средней школы он поступает в Херсонский педагогический институт, где на филологическом факультете продолжает развивать и совершенствовать свое поэтическое дарование.
По окончании Херсонского пединститута (1972) поэт активно пишет, печатается, работает над усовершенствованием своей поэтической индивидуальности. Он печатает произведения в «толстых» литературно-художественных журналах «Вітчизна» и «Дніпро», журналах «Україна» и «Ранок», альманахах «Вітрила», «Поезія», «Сузір’я». Его стихи входят в коллективные сборники «Зорі назустріч», «Дніпрові райдуги», «Артерія життя», «Молодые поэты Украины» и т.д.
О Кичинском говорят, как «про одного з найбільш серйозних поетів його покоління» (Владимир Забаштанский). Творчество молодого таврийского поэта приобретает всеукраинскую литературную огласку.
В 1981 году А. Кичинский, уже имея имя в поэтической Украине, оканчивает Высшие литературные курсы при Литературном институте им. М. Горького в Москве, где при поддержке известных поэтов и литературоведов знакомится с лабораторией поэтической деятельности.
Восьмидесятые годы – период расцвета творчества Анатолия Кичинского. Постоянно, одна за другой, выходят его книги. Он обращается к различным стилям поэтического повествования. Поэта активно печатает украинская пресса. Его воспринимают как одного из лидеров новой поэтической Украины.
В панораме поэтического развития А. Кичинского ярко выделяются следующие аспекты.
Дебютировал художник в возрасте, когда в творческой личности сочетаются молодость духа, зрелость взгляда и художественная ловкость. Первый сборник с романтическим названием и такой же тональностью – «Вулиця закоханих дерев» – вышла, когда поэту было 26 лет. 
Он состоял лишь из двадцати лирических стихотворений и поэмы «Русло», но оказался настолько интересным, что теперь, спустя более четверти века, можно говорить, что это был не поэтический дебют, а многообещающее начало художественного мастерства А. Кичинского. В первом сборнике прозвучал отчетливый, мужественный, чистый голос поэта, который стремился дойти до понимания жизни и исходных глубин слова.

Папери хай полежать на столі.
То – суєта.
Ходімо в ліс, братове,
до вічної травинки на розмову
й до щебету в осінньому гіллі.

(“Сонет”)

Одна из сильнейших ранних книжек Анатолия Кичинского имеет широкое и метафорическое название “Жива і скошена тече в мені трава”. В ней звучит экспрессивная музыка любви к жизни, внутренней взаимосвязи природы с человеческим бытием.

... А буде так:
принишкнуть дерева –
і всесвіт мовби нерухомим стане.
І я відчую вперше і востаннє:
жива і скошена тече в мені трава…
...Хмеліє і світліє голова.
Й радіє, що нема їй супокою.
Жива і скошена тече в мені трава,
лиш потім – вічно – наді мною…

Творческого перерыва, который часто постигает людей искусства после первой книги, тем более удачной и талантливой, у поэта не случилось: наоборот, почти форсированными темпами с перерывом в два-три года начали выходить новые сборники Анатолия Кичинского. Молодой талант усиливался талантом молодости, и поэт говорил страстно и уверенно.
После сборника «Вулиця закоханих дерев» (1976) появилась книга «Світло трави» (1979), еще одна поэтическая книга – «Землі зелена кров» (1982), а затем вышел сборник «Листоноша – Земля» (1985). Поэт шел дальше и сформулировал свое кредо: «Дорога завдовжки в любов» и «Сотвори свет» – так назывались две книги, которые были напечатаны в 1988 году (вторая – в переводе на русский язык). После этого пришло время для сборника «Повторення непройденого» (1990). Последним же – почти на десять лет – стал сборник «В гості до мами» (1991). Попутно следует отметить, что книги выходили в киевских издательствах «Молодь», «Дніпро», «Веселка» и др.
За пятнадцать лет (с 1976 до 1991) вышло девять поэтических книг Анатолия Кичинского. Каждая из них открывала поэта как создателя различных поэтических стилей, форм, интонаций, каждая из них становилась заметным шагом в художественном развитии.
Своими стихами и поэмами художник неоднократно подчеркивал, что его душа и сознание живут прошлым и настоящим, тленным и вечным.
«Поэзия – это редкий, особенный вид памяти» (Ж.П. Рихтер).
А память – это архитектор впечатлений и соавтор жизни. Свой поэтический феномен памяти А. Кичинский задекларировал кратко, в чеканных метафорах, достигающих логически выведенной афористичности.

Мости поспалюють дотла,
листи, мов листя пале, спалять,
а пам’ять ляже, мов зола, –
і не спалити вже
ту пам’ять…
І неспалиму і живу,
її, мов книгу, розгортаю.
Все пам’ятаю.
Бо живу.
Тому й живу, що пам’ятаю.

 

(“Пам’ять”)

Мотивами воспоминаний пронизаны и поэмы Анатолия Кичинского – «Русло» (1976), «Іспанська печаль (Поема тривожної ночі)» (1979), «Вишивання хрестиком» (1985), а также перепевы фрагментов из поэмы известного славянского поэта эпохи Возрождения Николая Гусовского «Пісня про зубра», которые были напечатаны в 1982 году в сборнике «Землі зелена кров».
Десятый сборник А. Кичинского – это антология, своеобразный синтез того, что поэт написал почти за 25 лет работы в литературе и для литературы.
Что же излучают поэтические книги Анатолия Кичинского? Чем они отличаются от других поэтических изданий? Чем они могут быть полезны для формирования художественных вкусов будущего?
Основной макро-тезис-ответ на поставленные вопросы выглядит так: Анатолий Кичинский – универсальный художник, который в процессе поэтического развития достиг значительного успеха в поэтических мотивах, формах и экспериментах.
Он одинаково владеет фольклорными и песенными интонациями, лиричностью, культурой классической версификации, поэтикой размышлений, а также – модерными приемами и формами.
Обращение к различным поэтическим формам – это не цель, а имманентная предопределенность его художественного самовыражения. Поэтому возникают основания утверждать: Анатолий Кичинский – поэт значительного поэтического потенциала и долговечного художественного звучания.
Его «профольклорні» поэзии («Вість», «Постіль») настояны на ритмике, образности, лирической философичности возрастных народных чувств, размышлений, надежд. Поэт словно сосредоточил в своих фольклорных стихах ментальность украинского мировосприятия, в котором сочетаются мотивы муки и любви, тоски и надежды, радости и скорби, непобедимости человеческой души.
Стихотворение «Вість» – проникновенная лирическая вариация на тему фольклорной строки «Кінь трави не їсть, кінь води не п’є...». В основе ее лежит характерный прием по наследию украинского фольклора, когда рассказ о жизненных ситуациях ведется от лица умершего или погибшего персонажа.

Кінь трави не їсть,
кінь води не п’є –
кінь копитами
шлях додому б’є.
Кінь води не п’є,
кінь трави не їсть –
кінь про смерть мою
має чорну вість.

(“Вість”)

Поэзия «Постіль» – это стихотворение-причитание на тему строки – «Вже моя постіль пилом припала...», взятой художником из украинской народной песни.

...Як я чекала тебе
хоч у гості!
Як я не спала,
знає лиш постіль.
...Очі стулила –
не розтулити.
Час мені постіль
іншу стелити.
Ляжу і вкриюся в ній
з головою –
і припаде моя постіль
травою…

(“Постіль”)


Фольклор – это один из источников творчества поэта, но А. Кичинский является, прежде всего, современным поэтом, творческая манера которого включает в себя также традиции классиков украинского лирического творчества.
В его стихах наблюдаем национальную глубинность Т. Шевченко, интонационную прозрачность П. Кулиша, элегическую чистоту А. Олеся, нежную печаль С. Черкасенко, узорчатую точность Н. Зерова, искреннюю экспрессивность Н. Хвылевого, концептуальную пафосность Е. Маланюка, авангардную неординарность В. Голобородько.
Любовная лирика относится к интереснейшим художественным достижениям Анатолия Кичинского.
Любовь в стихах А. Кичинского воспроизведена в различных настроевых сюжетах: как ностальгические ассоциации («Велосипедна балада»), как экспрессивное вдохновение («...И все це в повітрі, густім, як бурштин...», как мгновенное воспоминание («Підпис під фотознімком блискавки»), как ирония судьбы («Кухонна елегія»), как восхищение величием женщины («Золота моя жінко, золота моя муко...») и т.д.
Любовь у А. Кичинского часто предстает как трагедийное состояние души:

Ти в пам’яті моїй –
немов іржавий цвях,
що вимучить мене,
допоки вирву з дошки.
…Ти – незатихлий біль,
моєї рани біль.
Ти – бинт, що кров спинив
і прикипів до рани.

 

(“Ти в пам’яті моїй…”)

Иногда поэт пишет узорами чувств, сюжетами образов, красками лирических впечатлений, настроениями мыслей. Он пишет стихи не как отклик на событие, а потому, что его душа полна разнообразием цветов, мелодий, звуковых ассоциаций.
Среди них, прежде всего, выделяются мотивы историко-мифологической древности («Початок балади»), связи различных исторических времен («Голосом скіфа»), трагизма человеческого существования («Над борозною»), бесконечности народной души («Ґудзик білий, ґудзик чорний»), драматизма материнской судьбы («Зима»), судьбы современного искусства («Балачки припинились. Читаються вірші...»), смысла бытия («Біла зірка на лобі вороного коня...»), единства природного и человеческого начал («Шипшина»), бессмертного кровообращения природы («Остання відлига», «Стояв у лісі дощ»), быстротечности жизни и красоты каждого мгновения («Тихше, музико, – грає вино!..»), вечности любви («Наче в цілому світі – нікого», «Накинь на плечі плащ»).
Лирика А. Кичинского основана на неуловимо сочном ощущении слова, которое сочетается с эмоциональным движением мысли. Эмоциональность поэта бывает разной – тоскливой и пафосной, мажорной и элегической, печальной и торжественной. Мелодичность его строк передается не только интонациями, но и не случайно в его стихах часто встречается белый цвет, символизирующий чистоту и загадочный драматизм бытия. 

Заболіло мені.
Забіліло мені.
В білі шати святкові вбираюсь.
Повертаюсь до тебе на білім коні.
Як з війни переможець, вертаюсь.
...Білим полем, як болем,
так важко іти!
Бачить Бог, недаремно караюсь.
Білим полум’ям наші взялися мости.
Я ж до тебе по них повертаюсь.

(“Заболіло мені…”)

А. Кичинский принадлежит к поэтам раскованного ассоциативного мышления, что, как известно, является особенностью современного искусства, которая формирует личностный уровень самосознания своих собеседников. Поэзии Кичинского «Вовче сонце над світом горить...», «Читаю напам’ять повільний у лампі вогонь...», «Моя маленька іскро Божа...», «По жовтому піску, по жовтім шовку жовтня...», «...І все це в повітрі, густім, як бурштин», «Мисливець», основаны на образно-символической мультиинтерпретационности, ннтуитивно-символическом видении мира, умении получать интеллектуальное удовлетворение от образной парадоксальности и избежания концептуально-художественной однозначности.
Стихотворение «Читаю напам’ять повільний у лампі вогонь...» можно считать образцом, исповедующим образную непрерывность, чувственно-интеллектуальную взаимопереходность, органичность всего сущего на белом свете и в небесной жизни. Художник безукоризненно просто раскрывает сложную связь явлений и процессов:

Читаю напам’ять принишклі сади і ліси,
де гнізда вслухаються в дихання хуги близької,
і майже надривні небесні чиїсь голоси,
в яких так багато глибокої туги людської.
Читаю напам’ять прощальні клинописи птиць,
і небо слов’янське над крильцями сина малого,
і усмішки друзів, які вже летять горілиць
глибоко під рястом круг сонця і серця мойого…

Следующим сборником – «Пчела на песке» (2003) – Анатолий Кичинский открыл второй десяток в своем творческом наследии. В книгу вошли две поэмы – «Вишивання хрестиком» и «Пісня про зубра» и стихи, в которых он постает прежде всего лириком, и поэтому лирические и лирико-философские интонации в «Бджолі на піску» доминируют.
Поэт продолжает поиски истинного слова, начала, истинной сущности. Он продолжает задумываться над вопросами «человек во времени» и «время в человеке», «жизнь как крест человека» и «жизнь как импульсы человеческого сознания», «чувственное и драматическое» и «интеллектуальное и трагическое».
Жизнь и дух человека, по версии поэта, полны загадок, контрастов, немыслимых перепадов красок и настроений, ситуаций и психологических сюжетов, они густо насыщенны неясными и непросветленными местами, намеками, символами. Человеческую жизнь и дух стоит разгадывать для того, чтобы, вероятно, так до конца и не разгадать. В стихотворении «Оце – мій меч. А це – мій плуг...» лирический герой размышляет, ища выход между категориями очевидности и неопределенности:

Оце – мій меч. А це – мій плуг.
Он – ворог мій. А ось – мій друг.
А вся моя тривога –
в тім, що ніяк я не збагну,
чи це дорога на війну,
чи це з війни дорога.

Философичностью звучания отличаются также стихи «Котиться камінь наріжний…», «Ранок недільний. Хрестик натільний…», «І світлий шлях, і темний манівець…», «Тепер ти молодий, а був іще молодший…», триптих «Пустеля» и т.п.
Продолжая одну из традиций украинской лирики, Анатолий Кичинский в сборнике «Бджола на піску» активно использует форму рифмованного стиха, канонические поэтические мысли и ассоциации, одновременно осознавая, что практический опыт поэзии значительно шире и богаче, он актуализирует на украинской художественно-образной почве традиции европейской поэзии и обращается к верлибру, который в начале ХХ века занял достойное место среди разнообразия поэтических форм. Верлибр в новом сборнике А. Кичинского широко представлен стихами «І було Слово. І було сотворіння. І було диво…», «Червоним – по чорному...», «Дні западають, мов клавіші...», «Чорний гумор», «Стоїш наче вкопаний», «Все ніколи», «Поглядом, довгим, як сірий осінній дощ…» и т.п.
Поэмы, вошедшие в новую книгу А. Кичинского, внутренне отличаются от тональности и образной харизмы лирических стихов. Возможно, потому, что ассоциативная культура поэмы «Вишивання хрестиком» берет свои истоки в художественной ментальности первой половины 80-х годов прошлого века, когда она писалась, а поэма «Пісня про зубра», которую автор еще называет «українською версією писаного латиною знаменитого твору одного з найвідоміших слов’янських поетів епохи Відродження Миколи Гусовського», вообще укоренена в поэтическую стилистику эпохи Средневековья.
Сборники Анатолия Кичинского «Пролітаючи над листопадом» (2004) и «Танець вогню» (2005) основаны на ведущих принципах и интонациях его поэзии – ассоциативности, лиризме, философствовании.
Поэт воспринимает жизнь как естественно-стихийный поток знаков, подсознательных намеков, многозначительных символов. По поэтической версии А. Кичинского, все в жизни является значимым, все выражает или высказывает не всегда видимую сущность, все взаимосвязано и соприкасается друг с другом. Лирическое (глубоко личностное) и эпическое (масштабно-широкое) восприятие жизни не являются чем-то противопоставленным, а наоборот, дополняют друг друга. Мир природы также ассоциативен, как и культура духовных переживаний, и органично переходит в мир совершенно субъективных интерпретаций. Жизнь природы, духа, души читается как древний, многосложный и загадочный палимпсест:

Там, де степ
хвилями ковили
перехлюпується у море,
там, де море
собою підсинює
сивий степ,
будь-який знак на піску
читається,
як memento more.
Так читаються
назви ліків,
нерозбірливо вписані у рецепт.

(“Там, де степ...”)

В сборниках «Пролітаючи над листопадом» и «Танець вогню» взгляд поэта становится жестче, глубже и несколько трагичнее. Подтекст печали, боли, размышлений, полных горечи, озвучивает немало стихотворений, вошедших в нее. Опыт переживаний, размышлений, духовных поисков отражается в чеканной выразительности и четкости многих строк и строф. Поэтическая форма отличается экспрессивной сдержанностью, смысловой емкостью, иногда даже аскетически-строгим тембром повествования («Січень. Хрещенські морози...», «Зимові гнізда»). Слово словно чувствует, переживает и сосредотачивает в себе драматическую природу бытия, находящейся между берегами вечности («За течією»).
Анатолий Кичинский – поэт преимущественно пространных форм, которому присущ развернутый, широкий до бесконечности взгляд на жизненные реалии, состояния и грани, на сложный и многогранный жизненный полис. Рисунки жизни могут быть бесконечными, как и щедрость проявлений самого бытия. Художник как можно рельефнее выражает свое художественное кредо в картинах и лирических сюжетах, где полнокровно представлено личностное и общественное, внутреннее и фольклорное, душевное и внешнее («Пам’ять іде. А дороги спіраль...», «Шлях», «Погляд вечірній», «Так голосно кує...», «Коло», «Гублячись у здогадах»). Однако встречаются у него и предельно лаконичные формы, которые присущи восточной лирике и основаны на осознании чрезвычайной важности, на подтексте, спокойствии слова, которое требует вдумчивых пауз, остановок, неторопливых взглядов в себя («Слава», «Написи на книзі», «На тлі нічного яблуневого дощу...», «Осінь. Гравюра на дереві», «Безвітряний вечір. Дорога осіння...»).
Сборникам «Бджола на піску», «Пролітаючи над листопадом», «Танець вогню», как и предыдущим книгам Анатолия Кичинского, свойственна развитая система метафор, сравнений, подсознательных образных знаков, установка на стиль отточенной строки и насыщенной образами строфы. Поэт еще раз подтвердил, что его мыслительный художественный путь пролегал и пролегает в формате ассоциативного слова.
Инструментарий многозначного образа, сложно выраженных чувств, настроений и микро-сюжетов подсознания, философской мелодичности фразы, эстетически отшлифованной строки, полифункциональной семантики слова является свидетельством не только нынешней, но и будущей современности художника и его индивидуального взгляда на мир.
Анатолий Кичинский – лауреат Национальной премии имени Тараса Шевченко 2006 года (за сборники «Пролітаючи над листопадом» и «Танець вогню») – возникает поэтом не только сегодняшней украинской культуры, но и для следующих поколений поклонников поэзии. Его художественное слово по-настоящему прекрасное – выразительное, рисуночное, многоцветное, масштабное, поэтически мудрое. Его поэтическое пространство свидетельствует, что Таврийская земля вслед за Алексеем Крученых, Дмитрием Овсянико-Куликовским, Борисом Лавреневым, Николаем Кулишем, Сергеем Бондарчуком, Николаем Гринько продолжает создавать и лелеять мастеров, имя и творчество которых становятся брендом.
Брендом современного и стильного искусства.

Календарь событий

    1 234
5 6 7891011
12 13 1415161718
19202122232425
262728293031